…Толпа нерешительно плескалась в канале улицы, разбиваясь на отдельные группы; гудела, споря и рассуждая, толкалась о стены домов и снова заливала середину улицы тёмной, жидкой массой — в ней чувствовалось смутное брожение сомнений, было ясно напряжённое ожидание чего-то, что осветило бы путь к цели верою в успех и этой верой связало, сплавило все куски в одно крепкое стройное тело. Неверие старались скрыть и не могли, замечалось смутное беспокойство и какая-то особенно острая чуткость ко звукам. Шли, осторожно прислушиваясь, заглядывали вперёд, чего-то упрямо искали глазами. Голоса тех, кто веровал в свою внутреннюю силу, а не в силу вне себя, — эти голоса вызывали у толпы испуг и раздражение, слишком резкие для существа, убеждённого в своем праве состязаться в открытом споре с тою силою, которую оно хотело видеть. Но, переливаясь из улицы в улицу, масса людей быстро росла, и этот рост внешний постепенно вызывал ощущение внутреннего роста, будил сознание права народа-раба просить у власти внимания к своей нужде. - Мы тоже люди, как-никак... — 0н, чай, поймёт, — мы просим... — Должен понять!.. Не бунтуем... — Опять же, — Удальцов... — Товарищи! Свободу не просят... — Ах, господи!.. — Да погоди ты, брат!.. — Гоните его прочь, дьявола!.. — Навальный лучше знает как... — Когда людям необходима вера, — она приходит... Человек в чёрной куртке, встал на тумбу и начал говорить в мегафон громко, торжественно, с огнём в глазах и дрожью в голосе. Говорил о нём, о народе. Но в слове и тоне сначала чувствовалось что-то искусственно приподнятое, не слышно было того чувства, которое способно, заражая других, создавать почти чудеса. Казалось, человек насилует себя, пытаясь разбудить и вызвать в памяти образ давно безличный, безжизненный, стёртый временем. Он был всегда, всю жизнь, далёк от человека, но сейчас он стал необходим ему - в него человек хотел вложить свои надежды. И они постепенно оживляли мертвеца. Толпа слушала внимательно — человек отражал её желания, она это чувствовала. И хотя сказочное представление силы явно не сливалось с его образом, но все знали, что такая сила есть, должна быть. Оратор воплотил её в существо всем известное по картинкам календарей, связал с образом, который знали по сказкам, — а в сказках этот образ был человечен. Слова оратора — громкие, понятные — понятно рисовали существо властное, доброе, справедливое, отечески внимательное к нужде народа. Вера приходила, обнимала людей, возбуждала их, заглушая тихий шепот сомнений... Люди торопились поддаться давно жданному настроению, стискивали друг друга в огромный ком единодушных тел, и плотность, близость плеч и боков, согревала сердца теплотой уверенности, надежды на успех. — Не надо нам красных флагов! — кричал лысый человек. Он шёл во главе толпы, и его голый череп тускло блестел, качался в глазах людей, притягивая к себе их внимание…
Чё это было (Обалдевший смайлик) Ну а мы были сегодня на работе(для шибко любознательных) Пидорги-это производное от эмблеммы ОАО РЖД.На компе так не нарисуешь....
