семигор писал(а):в любой стране, где строятся большие сетевые супермаркеты, маленькие лавочники разоряются. А продукты у них не лучше, т.к. берутся с одних мест, но при большом опте меньше закупочная цена, и в целом меньше издержки при большом обороте.
это, мягко говоря, не совсем так, добрейший. что же имеем в итоге?
семигор писал(а):Постоянное небольшое передёргивание, подмена понятий, небольшая ложь - и вот готов нужный вывод.
и вот оно:
семигор писал(а):Свой талант и ум г-жа Калинина к сожалению разменяла.
семигор писал(а):Свой талант и ум г-жа Калинина к сожалению разменяла.
Я думаю ровно наоборот. Статистика кто как думает в голосовалке в этой теме. Хоть голосовалка и старая, но вряд ли что-то сильно изменилось в нашей стране, в нашей власти и в наших людях с тех пор. Просто, как и везде, чаще пишут чем-то недовольные, чем довольные. Кто-то Калинину прочитал, отметил пр себя - молодец, и закрыл страничку. А те, кто недоволен, обязательно свое недовольство выплеснут. Вот и получается, что как-бы большинство Калининой недовольны, но голосовалка расставила все по местам.
Balduran писал(а):Я думаю ровно наоборот. Статистика кто как думает в голосовалке в этой теме.
Мы рассматриваем приведенную Вами КОНКРЕТНУЮ колонку Калининой в МК а не обобщенную статистику. Из приведенных автором пяти тезисов все пять не выдерживают критики. Чистой воды демагогия.
sheff писал(а):Из приведенных автором пяти тезисов все пять не выдерживают критики.
А с моей точки зрения все тезисы выдерживают критику, но спорить на эту тему я не хочу, ибо бесполезно. Никто никого никогда не переубедит, поэтому и были закрыты политическая и военная темы. Одна ругань и бесполезная трата времени. Правильно, что закрыли, не хотелось бы, чтобы и эту, как выше сказал Шико. Поэтому я с Вами и не спорю.
А спорить и не надо. Этот диспут проходит строго в ПРАКТИЧЕСКОЙ плоскости. Если Вы живете в крупном городе, сядьте на пригородный автобус, проедьте до первого пригородного поселка и пройдите по торговым точкам. Сравните цены и ассортимент в сетевых магазинах с магазинчиками индивидуалов. Все вопросы отпадут сами. Эту процедуру я проделываю ежедневно и знаю, что почем. Да, качество овощей и фруктов может у них быть выше, но и цены выше , как минимум в два раза. Заодно посмотрите на Инфинити, (Мерсы, Ауди-кукушки), припаркованные хозяйчиками у их торговых точек и пожалейте бедную бабу Аню работы для которой у этих господ не нашлось. А если с этим Вы согласитесь, то можно будет рассматривать вопросы благоустройства этих поселений.
Balduran Андрей! я думаю, не стоит ввязываться ни в какие дискуссии, тем более, что на МК для несогласных есть полная возможность спорить непосредственно с автором, что логичнее и, как мне кажется, честнее. что до меня - я не всегда согласен с тем, ЧТО пишет Калинина, но мне нравится, КАК она это делает.
Шико писал(а):я думаю, не стоит ввязываться ни в какие дискуссии
Игорь, я уже сказал выше, что не буду.
Шико писал(а):что до меня - я не всегда согласен с тем, ЧТО пишет Калинина, но мне нравится, КАК она это делает.
Здесь мы совпадаем. Кстати, я примерно половину из того, что пишет Юля, в этой теме размещаю. С другой половиной либо не согласен, либо она не интересна для меня.
LawGun писал(а):Калинина права в том, что, создавая крупные, в том числе и торговые, предприятия, местных рабочих, тех же самых баб Ань вытесняют остарбайтерами.
Значит, тема поднятая Ю.К. , актуальна не только в России, но и в Украине. -----------------------------------------------------------------------------
Как защититься от психа?
В апреле родители Сергея Помазуна три раза обращались в полицию и один раз — в областной психоневрологический диспансер. Просили что-то с ним сделать. Говорили, что он бросается на отца с ножом, орет по ночам непонятное, устраивает истерики из-за того, что не может сдать экзамен на права, матери закатил скандал на работе — и они его уже просто стали бояться. Особенно по ночам было страшно: а ну как придет и заколет.
Ни полицейские, ни врачи на просьбы родителей не реагировали.
Их бездеятельность привела к смерти шести человек. Несмотря на это, наказаны они не будут, поскольку действовали по установленным правилам.
У нас нельзя арестовать человека или упечь в психушку только потому, что на него жалуются родственники.
И не только у нас. В других странах тоже нельзя. И это правильно. Потому что если бы было можно — родственники сажали бы друг друга, как картошку. Сажали бы, чтоб отнять квартиру, машину, деньги, детей, избавиться от опостылевшего супруга и уйти к другому или, наоборот, отомстить тому, кто ушел.
Чтобы отправить человека на принудительное лечение или посадить за решетку, нужны серьезные доказательства, что он опасен для окружающих или для себя самого.
Если он пытался покончить с собой, и это доказано, тогда его заберут в психбольницу. Но если родители просто жалуются, что он скандалит и бросается с ножом на отца, — этого недостаточно для принудительной госпитализации. Потому что мало ли что там, у них в семье, творится. Мать жалуется, что сын не в себе? Так и сын точно так же может сказать, что мать не в себе. И кому врачи должны поверить?
С одной стороны, это разумный и осторожный подход, в основе которого лежит принцип соблюдения прав человека и невмешательства в личную жизнь. С другой стороны, он приводит к ужасным трагедиям.
Сергей Помазун убил шесть человек. Дмитрий Виноградов, юрист, расстрелял семерых. Денис Евсюков, милиционер, убил двоих, семерых ранил.
С ними со всеми что-то было не то. (Евсюков в детстве даже лежал в психбольнице.) И близким заметны были опасные странности в их поведении. Но они приписывали их «характеру», а если даже, как родители Помазуна, понимали, что парень болен, все равно ничего не могли сделать. Вернее, всё, что они могли, — это попытаться заставить будущих преступников лечиться. Убедить их обратиться к врачу. Но даже это близкие должны были сделать сами. Никакие государственные структуры им помочь не могли.
После трагедий, подобных белгородской, всегда хочется понять, кто виноват, найти прорехи в системе обеспечения безопасности людей и как-то защититься на будущее. Но это, по всей видимости, невозможно.
Если бы это было возможно, в Штатах не случалось бы массовых расстрелов в школах, а в Норвегии не скорбели бы по жертвам Брейвика.
Нарушения психики, которые приводят к массовым убийствам, как стихийные бедствия. Как пожары и наводнения. Надо, конечно, стараться их предотвращать. Но при этом следует понимать, что они неизбежны. И никакие запреты — в том числе на оружие — их не исключат. Нормальному человеку можно дать сколько угодно оружия — он не будет стрелять в людей. А больной, если захочет, найдет из чего выстрелить — как ему ни запрещай.
Объективно надо признать, что хороших решений у этой проблемы нет.
Если установить новые правила, обязывающие полицию и психиатрию применять к гражданам принудительные меры по заявлениям других граждан, тогда мы все: и здоровые, и больные — рискуем по доносу в любой момент как минимум оказаться на учете в психдиспансере, лишиться работы, водительских прав и долго доказывать всем свою нормальность.
А если оставить все как есть — тогда мы рискуем пасть жертвой очередного помазуна.
Кто станет мэром Москвы, гадать не приходится Но мне бы хотелось, чтоб им стал Паук Троицкий. Вернее, даже не обязательно он, а просто какой-то бывалый рок-музыкант.
Он бы выходил по утрам из ворот мэрии и исполнял бы для граждан тяжелый какой-нибудь рок.
Люди все еще сонные, недовольные, бегут по делам, а мэр поднимает им настроение «Домом восходящего солнца», например.
«There is a house in New Orleans, they call the Rising Sun» — несется прекрасное над Тверской. Сам мэр в кожаной косухе. Бандана, цепи… Конечно, немножко с бодуна, вчера-то посидели по-любому. Вон за Юрцом Долгоруким с ночи мангал стоит, там и гуляли.
На тротуаре рядом с мэром чехол от гитары, чтоб туда мелочь бросали. Тут же сидит черный кот в ошейнике с черепами, мэрский любимец.
Москвичи подходят к мэру, руку жмут: «Здорово, Степаныч, как дела?»
— Да нормально, — отвечает мэр. — Гниды только вот засношали.
Гнидами он называет депутатов, произнося, впрочем, это слово совершенно беззлобно, без всякой агрессии.
— А чего не поделили, Степаныч?
— Да я закон хотел принять, чтоб отсюда до Красной площади ударные установки стояли. Драмзы там всякие, тарелки. Ну и каждый мог подойти попробовать. А я бы палочки выдавал. Сам, да. Такая у меня замутка была. А гниды уперлись — и ни в какую… Эх! Ну и ладно. Чего-нибудь еще придумаем. Во дворах поставим. Хотя во дворах все-таки не то, да? Полета нет. То ли дело по Тверской!
Синюю мигалку мэру установят на «Харлей». Но ездить он будет не быстро. Километров сто, не больше. Ну, днем, может, побыстрее. Но только не ночью. Чтоб не тревожить горожан.
Не знаю, сколько от него будет пользы Москве, но и большого вреда он не принесет. Рок-люди обычно такие. Они иногда собираются в лесу возле нашей дачи на пару дней — на слет. Мы их сначала побаивались, а потом поняли: они только с виду страшные. А так-то не вредные. Собакам шашлык дают, мусор свой увозят, г***о закапывают. Нормальные, короче, люди. Даже общительные.
Мэр тоже будет общительным. У него возле мэрии образуется группа фанатов из полусумасшедших бабушек, и он будет им рассказывать, над каким законом думает. Над таким, например, чтоб до полудня никому не вставать и из дому не выходить. Только за сигаретами или за пивом, если необходимо. А просто так нечего шляться, пробки создавать, дома сидите.
А еще у него задумка — устроить благотворительную лотерею из шмоток друзей-музыкантов. Уйма у всех скопилась старья. Майки, косухи, шузы… Можно их на лотерее раздать, а деньги за лотерейные билетики отдать детскому дому, например. И дело хорошее, и людям занятие, верно? Только опять ведь гниды откажут…
Поговорит он так с народом, поделится планами, потом скажет: «Ну ладно, пацаны. Пойду совещание делать. По архитектуре города. Будем мосты разводные строить, чтоб питерские к себе обратно умотали. А то они говорят, им в Питере неудобно из-за мостов. Ну так мы им в Москве мосты сделаем, они обратно и уедут. Вот так. Москва для москвичей».
И пойдет, немножко сутулясь, в мэрию защищать горожан. Но — строго в демократическом поле.
Посмотрят тогда люди ему вслед и увидят, что штаны-то кожаные у него на попе уже порядком протерлись.
«Наш-то совсем на государственной работе обтрепался, — скажут. — Брюки, что ли, ему подарить? А то одевается черт-те как. Все-таки мэр, лицо города».
По-доброму скажут, спокойно.
Мне почему-то кажется, что с таким мэром у нас вообще все будет спокойно. В том смысле, что не в натяг.
Неделю назад меня обсыпало зудящими пузырями — как от крапивы. Я пошла к врачу. Врач спросил: «Что вы вчера ели?»
Ответить было легко, поскольку вчера я ела только салат из очень полезных помидоров.
— Вот вам и разгадка, — сказал врач. — Аллергическая реакция. Это от них.
Жизнь на Марсе
Помидоры я покупала в приличном магазине. Там были импортные, но их я боюсь брать, слишком ровные и красивые. Были азербайджанские, дорогие. И были краснодарские — подходящие по цене и по качеству. Доверяя отечественному производителю, я купила их. Выходит, зря?
Погружение в тему краснодарских помидоров в Интернете показало, что с ними все очень неоднозначно. По большому счету, их даже нельзя считать полностью краснодарскими, поскольку они выращиваются в тепличных хозяйствах, принадлежащих главным образом гражданам Китая. Работают там тоже сплошные китайцы.
Их тепличные хозяйства находятся в 14 районах Краснодарского края. Функционируют уже лет пять или шесть. Они огромные — сотни гектаров, десятки стометровых теплиц. Сколько там трудится народу, точно не знает даже ФМС, которая иногда выковыривает оттуда несколько нелегалов, стараясь как можно шире осветить свой подвиг в прессе.
Местные жители недовольны китайскими теплицами. Жалуются во все инстанции. В общественной организации «Экологическая вахта по Северному Кавказу» я получила координаты одного из них — Игоря Дударчука, члена краевой краснодарской организации «Антикоррупционный консорциум», и, расчесывая пузыри, набрала его номер.
«Наше Львовское сельское поселение Северского района страдает безумно, — сказал Дударчук. — На огромных площадях земля продана через подставных лиц китайцам или сдана в аренду. Теплицы кое-где установлены в таких местах, когда через дорогу от них — жилые дома. Химикатами разит неимоверно. Люди болеют. Аллергия, астма, глаза слезятся.
На берегу Кубани китайцы установили помпы — качают воду и поливают помидоры. Масло стекает в ту же Кубань. Рядом с теплицей — лесопосадка. Это у них туалет. Туда не подойти. Никто и не ходит, понятно. Но оттуда ведь тоже все стекает в Кубань. Ниже нас по течению — Федоровский гидроузел. Его сейчас чистят. Он завален фекалиями и гнилыми помидорами».
Кубанцы возмущены варварскими методами аграрного производства китайцев. Как будто прибыли на Марс, где никто не живет, сейчас все тут перевернут, нагадят и улетят обратно.
«В лесу снимают плодородный слой и увозят в теплицы. Мы не снимаем, хотя тоже могли бы. Но лес-то общий. А им по барабану, сняли — увезли. Украли, на самом деле. Потом в том же лесу сваливают свой мусор. Целлофан, отходы всякие и горами — испорченные помидоры.
Они их перекармливают удобрениями. Помидоры набирают вес, но не краснеют, а портятся. Тогда они их вывозят и прячут в посадках. Глава поселения звонит — просит, чтоб убрали. Они на следующий день еще привозят».
Никто не знает, как китайцы получили под теплицы землю. В Северском районе они находятся в береговой зоне — природоохранной. По закону там вообще нельзя вести сельскохозяйственную деятельность. А китайцы ведут. Хутор Стефановский, например, Львовского поселения: 60 га заповедной земли арендует ООО «Перспектива», директор Дун Цзицин. Вот как они ему достались?
— За деньги, — сказала я. — Как же еще.
Меня все-таки больше интересовала не коррупция на Кубани, а собственная крапивница. С вызвавшими ее помидорами все было более-менее понятно. Оставалось узнать, куда их везут и где продают.
«В Москву везут, — твердо сказал Дударчук. — Мы знаем, что их покупает «Магнит». Но наверняка не только он. Китайцы их продают перекупщикам по 30—40 рублей за кг. А куда те их дальше развозят, это уже не проследишь».
Производитель не знает, где будет продан его товар. А продавец товара знает, что он продает?
Решив подойти к поиску своих отравителей с другого края, я задала этот вопрос своим хорошим друзьям, у которых есть маленький магазинчик в подмосковном поселке, и они сами там и торгуют.
— Вот вы покупаете на оптовой базе овощи, — сказала я. — Вы как-то проверяете, сколько в них нитратов?
— Мы-ы-ы-ы? — опешили друзья.
— Ну, не вы сами. Но есть же, наверно, какая-то лаборатория при базе. Она, наверно, какой-нибудь сертификат продукции прилагает к овощам, печать куда-нибудь ставит. Вы же смотрите документы прежде чем покупать?
Друзья сказали, что ничего не смотрят, потому что никаких документов у овощей и фруктов нет. Сертификаты есть на белорусскую сметану — это да, целая пачка — и правда, показали целую пачку бумаг с печатями. А на помидоры и прочие овощи ничего такого нет. Просто забираешь ящики, платишь перекупщику и увозишь.
— А если там нитраты? — спросила я.
— Это может быть, — согласились друзья и рассказали, как один раз купили молодую капусту, и сначала она у них лежала на складе в маленьких кочанах, а через три дня кочаны эти увеличились в полтора раза, а через неделю — в два. Прямо на глазах. Во как.
Китайские подземные ходы
Копаясь в Интернете, я обнаружила статью в «Российской газете» двухлетней давности про то, как в станице Старонижестеблиевской Красноармейского района Краснодарского края в китайском тепличном хозяйстве человек сорок работников попали в больницу с пищевым отравлением. У всех был обнаружен золотистый стафилококк.
В других заметках, опубликованных в разных газетах в апреле нынешнего, 2013 года, рассказывалось, что в Динском и Лабинском районах Краснодарского края в теплицах работали 95 нелегальных китайских мигрантов, которые использовали привезенные из Китая удобрения, и наши специалисты даже не могли определить их состав, но когда проверили помидоры и огурцы из китайских теплиц, обнаружилось, что содержание нитратов в них превышено на 50%, а содержание токсичных веществ — в два и более раза.
Но больше всего меня напугала статья в региональном выпуске «МК» в Иркутске от 19 декабря 2012 года. В Иркутской области китайцы, оказывается, тоже выращивают в теплицах овощи, и там у местных надзорных органов нет никаких иллюзий по поводу удобрений, которые те используют. За прошлый год они там провели 140 проверок и нашли 27 наименований китайских пестицидов, всего весом 84 кг. Удивились, что так мало — в прошлом-то году полтонны изымали. Поискали еще и обнаружили возле одной теплицы лаз. Оказалось, что на глубине 1,5 метра китайцы вырыли длиннющие подземные ходы, которые связывают погреба, набитые битком китайскими удобрениями.
«По словам директора ФГБУ «Иркутская межобластная ветеринарная лаборатория» Александра Аблова, не все ввозимые иностранными гражданами агрохимикаты разрешены для применения в самом Китае, — с ужасом читала я. — Для своего рынка они выращивают одно, а для третьих стран, в частности для России, — другое. Мы, к сожалению, пока не отличаемся высоким уровнем контроля безопасности. При этом только наиболее часто выявляемые Россельхознадзором препараты, такие как хлороталонил и бензпирен, грозят покупателям овощей аллергическими реакциями, заболеваниями почек, проблемами с эндокринной и репродуктивной системами».
То есть крапивница — ерунда. Бывает гораздо хуже.
Китайское «ноу-хау» в Иркутской области вряд ли сильно отличается от китайского «ноу-хау» в Краснодарском крае. Наверняка все то же самое. И контрабандные удобрения, и подземные тайники. Глупо было бы думать, что один и тот же тепличный бизнес там строится на обмане и нарушениях, а здесь — на честности и прозрачности.
Эта мысль меня расстроила. Но то, что кто-то все-таки пытается проверять китайских земледельцев, внушало оптимизм.
Преисполнившись этим самым оптимизмом, я открыла сайт Россельхознадзора, Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору. На первый взгляд он выглядел обнадеживающе. Но при ближайшем рассмотрении выяснилось, что там вся надзорная активность сконцентрирована на зарубежной продукции. В ряду свежих подвигов перечислялись следующие: «Более 25 тонн импортного солода признано нестандартным», «Об обнаружении опасных бактерий в импортной пищевой продукции», «О ввозе крупной партии свинины из Германии в нарушение установленных ограничений».
Руководитель пресс-службы Россельхознадзора Алексей Николаевич Алексеенко, выслушав мой вопрос о проверках отечественных овощей на нитраты, тяжело вздохнул: «Это колоссальная беда. В прошлом году фактически разрушена система контроля за содержанием пестицидов».
Разрушена? Я не поверила своим ушам.
— Позвоните Поповичу Владимиру Васильевичу, — сказал Алексеенко. — Это советник руководителя Россельхознадзора. Он уже на пенсии и все вам расскажет.
Энергичный эксперт-пенсионер, болеющий за дело своей жизни, сейчас есть у каждой уважающей себя госструктуры. Если к ней обращается за комментариями журналист, ему сразу выставляют этого пенсионера. А действующие сотрудники то ли боятся говорить с журналистами, то ли некомпетентны. Но скорее всего просто глубоко равнодушны к проблемам своего ведомства. Им не то что говорить — думать о них неохота.
«Россельхознадзор утратил полномочия по контролю за пестицидами и агрохимикатами 1 августа 2011 года, когда вступили в силу изменения в Федеральный закон №109 «О безопасном обращении с пестицидами и агрохимикатами», — объяснил Попович. — Ответственность за них перешла к другим ведомствам. Росприроднадзору перешел токсикологический надзор за производством, захоронением и утилизацией пестицидов. Роспотребнадзору — санитарная гигиена при производстве и применении агрохимикатов.
У Россельхоза остался ветеринарный контроль — борьба с паразитами у животных, грызунами и контроль за безопасностью кормов. Но контроль за соблюдением регламента применения пестицидов и пресечение использования фальсифицированных химикатов не достался ни одному ведомству».
Другими словами, за содержанием пестицидов в овощах и фруктах в нашей стране действительно никто не следит. Ни одна государственная структура. И никто за это не отвечает. Вообще никто.
И это при засилье по всей стране китайских тепличных хозяйств — от Приморского края до Краснодарского!
Для справки Попович еще рассказал, что проверить удобрения на содержание запрещенных примесей, а овощи — на содержание пестицидов можно только в специальных лабораториях. Такие лаборатории есть лишь у Россельхознадзора — всего 50 штук на всю страну. Правда, даже они могут определить не все содержащиеся в удобрениях вещества. Химические технологии развиваются очень быстро — особенно в Китае.
* * *
Мое помидорное расследование подошло к тому итогу, которого, в общем-то, можно было ожидать с самого начала: масштабы бардака в нашем государстве превосходят всякие пределы воображения.
Для полноты картины я еще посмотрела сайт Роспотребнадзора — Федеральной службы, которую возглавляет Главный санитарный врач Онищенко.
Последний отчет о проверке рынков, вывешенный на сайте, был датирован августом 2007 года. А самые свежие новости о достижениях Роспотребнадзора касались контроля за поставками алкогольной продукции из закавказских государств, учреждения нагрудного знака «Почетный работник Роспотребнадзора» и деятельности по предотвращению суицидов (!?).
Я даже туда заглянула, в эти суициды. Вдруг кто-то уже покончил с собой при помощи краснодарского помидора. Но нет, там все было только про вред Интернета в подростковом возрасте.
Охренительное все-таки у нас государство.
Суициды предотвращает Роспотребнадзор. Помидоры-огурцы выращивают граждане Китая. Половую жизнь регламентируют депутаты. Кто во что горазд.
А население тем временем с аппетитом кушает яд, в полной уверенности, что получает витамины.
А вокруг рвутся боеприпасы, пролежавшие на складах шестьдесят лет, и летят стекла из окон, и растут на глазах капустные кочаны, и гудит земля под ногами, и чешутся пузыри от крапивницы. И мы не снизим эффективность наших ядерных сил. Никогда. Ни за что.
…Да, вот еще, кстати, Игорь Дударчук из Северского района Краснодарского края рассказал, что сами китайцы, которые там работают, помидоры покупают у местных жителей. А свои овощи не едят. Почему-то.
События, случившиеся за неделю в нашей стране, порой бывают настолько сумасшедшими, что диву даешься.
Нет, если рассматривать их по отдельности, они воспринимаются в целом нормально. У каждого свое оправдание, свое объяснение... Но в наборе они производят ошеломляющее впечатление. Думаешь, где мы живем вообще? Какой-то, право слово, дурдом.
Ну вот, например, ракета «Протон», наша гордость, вдруг взорвалась в прямом телевизионном эфире. Причем не одна, а с тремя спутниками системы ГЛОНАСС, которая строится уже лет двадцать и несколько раз торжественно вводилась в эксплуатацию, но до сих пор непонятно, работает она или нет.
Мало ракеты, главный террорист Доку Умаров объявил, что прекращает перемирие, объявленное в прошлом году в знак солидарности с протестными акциями оппозиции, и теперь его воины духа пойдут взрывать Олимпиаду и другие объекты на территории России, которые им приглянутся.
Только двух этих событий уже достаточно, чтоб сделать выводы о ненормальности нашего жизнеустройства. А были же еще и другие.
Президент Путин, например, вел собственную игру. Он вдруг решил резко расформировать Академию наук.
Академики, правда, игру подпортили. Обиделись, почему с ними не посоветовались, и хотели даже встать, страшно сказать, в пикет.
Подавая пример академикам, огорченные антигейским законом геи устроили не пикет, но инсталляцию. Улеглись на асфальте у администрации президента в луже крови (к счастью, не натуральной). Изображали убитых. Очень похоже, надо сказать.
Байкеры схватились на Третьем кольце с гостями столицы из Дагестана и потом полночи держали в осаде отделение полиции, чтоб гостей с их бейсбольными битами оттуда не выпустили опять на оперативный простор, как это у нас обычно бывает.
Другая полиция за вымогательство отката в крупном размере арестовала мэра Ярославля, что само по себе не большая новость: покажите того мэра, который не вымогает. Но демократическая оппозиция вопреки очевидности встала на его сторону, поскольку он выбрался мэром от нее, а не от «Единой России». А в демократической оппозиции не может быть жуликов и воров, да. Хотя они есть.
Зато на ипподроме в центре Москвы происходили самые мирные события — лошадки скакали за приз президента. Закончили они скакать в полпервого ночи, и тогда в честь почетных гостей-президентов устроители скачек зашарашили щедрый салют.
Ночью. На Беговой с плотной многоэтажной застройкой, где люди ночами спят, причем по случаю жары с открытыми окнами.
Находясь в трех километрах от ипподрома, я решила, что Доку Умаров приступил-таки к выполнению обещаний. Люди, которые спали ближе, подумали, что началась война. С американцами, разумеется.
Человек, из-за которого в страшных снах могла бы начаться такая война — Эдик Сноуден, — тем временем шкерился где-то в транзитной зоне «Шереметьево».
Объективно такую ситуацию вряд ли можно назвать нормальной, но в наш паноптикум он как раз вписался очень органично. К нему привыкли, как к котенку, которого подобрали на улице и в первые дни будоражились от новой живой души в доме — а не больной ли, а хорошо бы его помыть и вообще куда бы его пристроить, — но вскоре успокоились. Живет и пусть живет — кота, что ли, не прокормим?
Ну и для полноты картины еще одна новость. На закуску. Врач-анестезиолог, заведующий отделением, избил в реанимации прооперированного пациента, привязанного к каталке. Пациент скончался. Врач уверяет, что не от избиения.
Три тысячи нелегальных мигрантов были задержаны на московских рынках за три последних дня. Три тысячи. Со всего света.
Теперь они ждут высылки и клянут дружную семью Расуловых, напавшую на оперативника. Потому что, если бы не эти несдержанные Расуловы, никто бы их не отлавливал. И жили бы они в Москве как прежде. Зарабатывали трудовой рубль.
Зная это, сложно испытывать благодарность к полиции, которая за них взялась. Выходит, чтоб она начала по рынкам ходить, надо пробить голову полицейскому? Иначе на «операцию по декриминализации» ей не сподвигнуться?
А впрочем, уже сейчас можно сказать, чем эта операция закончится. Примерно месяц полиция и ФМС будут шерстить рынки. Вычешут нелегалов, какие-то рынки закроют, хозяев обдерут под шумок. Но после выборов их активность начнет падать. И постепенно снова сойдет на нет. И все вернется на круги своя. Нелегалы подтянутся обратно. Откроются те же самые рынки и точки. Может, правда, под другими названиями и в других павильонах, установленных в соответствии с какими-нибудь «повышенными» требованиями. Но за новыми фасадами будет все то же самое. Те же лица, те же продукты подозрительного происхождения и та же тупая сволочная сила, понимающая только одну власть. Власть денег, не подчиняющуюся законам. Ни государственным, ни нравственным. Никаким.
Эта сила царит на рынках не потому, что там царят нелегальные мигранты или какие-то кавказские национальности. Нет. Она царит потому, что за рынками стоят могучие силы криминала, бизнеса и власти, сросшиеся в единое целое. Нелегалы и национальности — мыши рядом с этими силами. Никто.
Если бы «мыши» Расуловы проломили голову не «мыши»-оперативнику, а «мыши»-гражданину, силы, которые стоят за рынками, замяли бы такую ситуацию с легкостью. Подобное уже бывало. И не один раз.
Инцидент на Матвеевском рынке они не смогли замять с легкостью, потому что Расуловы неразумным своим поведением бросили тень на силы, которые стоят за полицией. А поскольку это такие же уважаемые и могучие силы, как и те, что стоят за рынками, они должны были как-то отреагировать на брошенную тень. Проделать какие-то красивые движения.
Вот они их сейчас и проделывают. Зачищают нелегалов.
Я называю их «силами», хотя правильнее назвать их «мафией». Но у нас термин «мафия» применять не принято. Считается, что у нас не мафия, а просто коррупция. Кое-где.
На самом же деле это настоящая мафия. Чтоб навести порядок, надо бороться именно с ней. А не с рынками. И не с нелегалами. И не с расуловыми, которые платят взятки другим расуловым, а заплатив, считают, что им можно все — зря, что ли, такие деньжищи отдали. И даже не с теми мафиози, которым платят самые «верхние» расуловы. Потому что как только их вычистишь — на их места придут другие мафиози. И так будет всегда, пока такие места будут существовать. Пока их существование будет возможно.
Когда их существование не будет возможно — тогда не будет возможно и все остальное, что нас так раздражает. Гастарбайтеры будут приезжать в том количестве, в каком они необходимы. Расуловы — с благодарностью занимать «арбузную» нишу и вести себя в ней с максимальной вежливостью. А полицейские — знать, что везде и во всем должен быть однозначный порядок и за этим порядком не может быть никаких иных смыслов, денег и интересов.
Абсолютно ясно, что надо делать, чтоб к этому прийти. Нужно радикально реформировать систему государственного управления, которая сейчас позволяет мафии существовать.
Вместо этого что делается? Вместо этого полиция ловит мигрантов, а Следственный комитет заявляет, что проверит все рынки на коррупцию.
Все рынки! На коррупцию!
Вот им самим-то не смешно?
Следственный комитет проверит вшивого на вшивость. Как будто и так не видно.
За сборную России по легкой атлетике будут выступать бегуны из Кении и Эфиопии. Главный тренер сборной Валентин Маслаков заявил, что переговоры с ними уже ведутся. В конце сезона они примут российское гражданство и после этого будут представлять нашу страну на международных соревнованиях.
Кенийцы и эфиопы будут представлять нашу страну.
Не режет слух, нет?
Мне всегда казалось, спортсмен, представляющий нашу страну, должен если не родиться здесь, то по крайней мере получить ту подготовку, благодаря которой он стал тем, кем стал. Тогда он может нас ПРЕДСТАВЛЯТЬ. А как нас могут ПРЕДСТАВЛЯТЬ африканские атлеты, я, честно, не понимаю.
Хотя, конечно, разные бывают случаи и из всего есть исключения. Есть, например, японская фигуристка, которая выступает за нашу сборную. Но она тренировалась у нас много лет и именно здесь выросла. В составе других наших сборных есть спортсмены из Украины и Белоруссии. Но мы не так давно расстались, чтобы считать их чужими. В сборной по мини-футболу есть пара бразильцев. Вот это, по-моему, уже как-то неправильно, но хотя бы не очень заметно — все-таки не самый популярный вид спорта.
А легкая атлетика популярна. Это наш вид спорта. Такой же наш, как фигурное катание, хоккей, беговые лыжи. Вид спорта, в котором наши спортсмены всегда были сильны. Поэтому любой кениец, представляющий на международных чемпионатах Россию, будет не просто заметен, а очень заметен. Как ясный и недвусмысленный знак того, что сами мы не можем подготовить бегунов.
Не можем, не хотим и не будем.
Потому что зачем париться, если с нашим нефтегазом все можно купить. В том числе чемпионов.
Президент Федерации легкой атлетики Валентин Балахничев объясняет покупку африканцев тем, что в нашей стране нет людей с необходимыми марафонцам данными: «Ведь находим же мы, а затем растим будущих олимпийских чемпионов в других легкоатлетических дисциплинах! Однако поиск талантливых «средневиков» и марафонцев буксует у нас из года в год, хотя такая же система отбора, принятая в других, «беговых» странах, неизменно приносит плоды».
Население России — 143 млн человек 160 национальностей. Миллионов двадцать — дети и подростки. Трудно поверить, что ни у кого из этих двадцати миллионов нет стайерских данных. Но даже если допустить, что это правда, у нас не «беговая» страна и ни одна из 160 наших национальностей не производит на свет людей с такими замечательными данными, как у кенийцев, почему нам необходимо во что бы то ни стало побеждать в марафонах?
Нет к ним способностей? Давайте отставим их в сторону и будем развивать способности, которые у нас есть.
На деньги, что пойдут на африканцев, можно, например, подготовить дюжину лыжников мирового класса. К лыжам-то у нашего населения точно есть данные. А успехов — с гулькин нос.
Или, думаете, проще уже и с лыжами не париться, а сразу купить норвежцев, готовых чемпионов?
И вообще, раз уж мы стали покупать бегунов, почему бы тогда не укомплектовать и нашу сборную по футболу испанцами, бразильцами, аргентинцами? Дадим им российское гражданство. И будем наконец всех побеждать: вперед, Россия!
Если они к нам поедут, конечно. Потому что не все хотят.
Маслаков, кстати, сказал, что для сборной хотели купить не только стайеров, но и спринтеров. Но спринтеры водятся не в Африке, а на Ямайке, а, по словам Маслакова, «бегуны из стран Карибского бассейна не хотят к нам переезжать».
Обидно, конечно, что не хотят. Но вот их я как раз понимаю.
Очень трудно стало найти людей, которые за деньги сделают то, что вам нужно. В большинстве случаев вы платите деньги, но получаете совсем не то, что вам требовалось.
Даже, наоборот, дела у вас становятся еще хуже, чем были, — вот что вы получаете. Или вообще ничего не получаете — тоже очень распространенный вариант.
Например, нанимаете вы строителей, чтоб они сделали вам на даче беседку. Или забор новый поставили. Или водопроводную трубу в дом провели. Покупаете стройматериалы, платите аванс, подписываете договор и думаете, что через две недели все будет готово. А через две недели выясняется, что ничего не готово, аванс исчез, рабочие «голодуют» и умоляют выдать соточку в счет будущей зарплаты.
И это еще не самое плохое развитие событий. Может выйти и по-другому. Вы приезжаете и видите, что все сделано, но как только рабочие исчезают, новая беседка перекашивается, забор падает, а вода начинает течь не из крана, а откуда-то из-под дома.
Точно такая же история с врачами. Вы им платите, чтоб вылечиться или хотя бы узнать, что с вами не так. А вместо этого получаете хождения по мукам: лекарства, от которых начинает болеть что-то другое, или диагноз, с которым остается только писать завещание, хотя на самом деле он совершенно неправильный.
Адвокаты и юридические конторы и вовсе чреваты неприятными сюрпризами. Обращаясь к ним, вы рискуете напороться на жулика, который возьмет деньги вперед, но пальцем не пошевелит, чтоб решить вашу проблему. Будете потом бегать за ним, а он — от вас.
Еще хуже, если наткнетесь там не на жулика, а на глупого и категоричного недоучку. Среди адвокатов и юристов их великое множество. За ваши деньги они способны ввергнуть вас в такую пучину бед, с какими не сравнится никакая покосившаяся беседка.
Парикмахеры, портные, слесари, консультанты, финансисты, пиарщики, рекламщики, артисты, режиссеры, преподаватели всего чего угодно… У всех дипломы, квалификации, рекомендации, амбиции. Но той работы, за которую платишь и которую от них ждешь, сделать не могут.
И не потому что не хотят — не умеют.
Они умеют «себя продавать». И еще «разводить на бабки». Но только не работать, нет.
Ты начинаешь это понимать, когда стараешься их все-таки заставить сделать, что тебе нужно. Стараешься и так, и этак. Но постепенно опускаешь руки. Не смогут. Не научены.
Знак времени — непрофессионализм во всех сферах, включая управление страной. Потому что так не бывает, чтоб везде были непрофессионалы, а в чем-то одном вдруг оказались профессионалы. Если непрофессионалы где-то завелись, никаких профессионалов они к себе близко не подпустят. Им с ними нечего делать.
В результате у нас люди умирают от болезней, которые лечатся в других странах, ракеты падают на взлете, подводные лодки тонут после ремонта, рушатся только что построенные бассейны, американские авианосцы красуются на плакатах ко Дню ВМФ России, а двоечники покупают ЕГЭ и оккупируют лучше вузы страны, которые на самом деле давно превратились в отстой.
И хуже всего, что оно с каждым днем разрастается, это царство непрофессионализма, но мы к нему так привыкли, что замечаем, только когда лично столкнемся. Когда оно совсем уж на голову упадет.
Зато как же бывает здорово, когда из вязкого болота неумех и обманщиков вдруг выныривает тот, кто умеет. Тот, кто нужен. Выныривает и делает свою работу — умело и добросовестно.
Казалось бы, так оно и должно быть. А мы чуть не плачем от счастья. И правда попался хороший врач? Хорошие мастера? Хороший учитель? Ну и ну. Да это прямо праздник какой-то.
Евгения Васильева широтой с Амур. Ущерб Минобороны сравним с ущербом от наводнения
Банки требуют выплаты по кредитам от жителей Амурской области, пострадавших от наводнения. Об этом сообщил губернатор области Олег Кожемяко. Кредиты брались главным образом под урожай: вырастим, продадим, рассчитаемся. Урожай погиб из-за наводнения, хозяйства разрушены, техника в руинах, десятки тысяч домов нужно капитально ремонтировать, тысячи вообще не подлежат восстановлению. Масштабы последствий паводка таковы, что от них страдает фактически весь регион. Кроме банков.
Банки не страдают. Банки работают. Требуют, что им положено. Деньги брали? Отдавайте. И, ради бога, не надо умолять нас войти в ваше положение, оно никого не волнует. Ничего личного, просто бизнес.
Бизнес в нашей стране — бездушная машина, шагающая за прибылью по трупам. Деньги — ее высшая цель. Просто деньги. Больше и больше.
Нормальные человеческие чувства стерты, задвинуты в дальний угол и лишь иногда тоненьким писком пытаются о себе напомнить: а как же сочувствие к ближнему? А жалость? А чувство общности — мы же в одном краю живем, как-никак соседи?
Хорошо, сейчас губернатор Амурского края услышал писк. Повезло. Наверно, теперь банки как-нибудь приструнят сверху. Путин скажет: «А ну прекратите кошмарить пострадавших, а то лицензию отберем».
Но что же это за порядок такой, если банкиров кто-то должен сверху приструнивать? И что же они за люди такие, если сами не понимают, что не тот сейчас момент, чтоб требовать выплаты с пострадавших?
Нужно помогать пострадавшим от стихии. Погорельцам, затопленцам… Так принято у людей. Еще с незапамятных времен всей деревней им дом строили, все соседи им вещи несли, у кого что есть. Вы, банкиры, с Луны, что ли, свалились, что об этом не знаете?
По самым примерным подсчетам, ущерб Амурской области в результате наводнения оценивается в 17 млрд руб. Из них 6 млрд — ущерб агропромышленного комплекса.
Нанесение точно такого же ущерба — в 6 млрд руб., вменяется в вину Евгении Васильевой, которая сидит сейчас под домашним арестом. Она, правда, нанесла его не агропромышленному комплексу, а Министерству обороны во времена правления там Анатолия Сердюкова. Но сопоставление впечатляет.
А ведь Васильева тоже была уверена, что, продавая за бесценок государственную собственность и обкрадывая, таким образом, людей, просто делает бизнес. Просто бизнес, ничего личного. И ничего человеческого.
Нет, понятно, что бизнес по природе своей такой — аморальный и беспощадный. Но он не может править всем и над всем властвовать. Ему должны быть выставлены барьеры. И если сам он не принимает правил, на которых строится цивилизованное сообщество людей, его надо им учить. Внедрять в него эти правила и требовать выполнения.
Бескрайняя, дерзкая алчность амурских банкиров, Евгении Васильевой и сотен тысяч других «бизнесменов» во всей красе цветет сейчас потому, что такие правила не были установлены двадцать три года назад — в тот момент, когда страна наша еще только переходила на рыночный путь развития. Во всем виноват Чубайс — помните, было такое модное выражение? Так вот в том, что творится сейчас, действительно виноваты Чубайс, Гайдар, Ельцин и прочие прекрасные реформаторы, кричавшие: «Чтоб не вернулись коммунисты, надо срочно создать частного собственника, а рынок сам потом разберется и установит правила».
Рынок не разобрался и не мог разобраться. Сам он мог установить только такие правила, какие удобны ему. Но не людям. Не обществу, из которого он пьет кровь.
Теперь же обществу остается только изумляться собственному простодушию да потешаться над не видящими краев «бизнесменами». А что еще мы против них можем?
Американские экологи на днях предложили давать стихийным бедствиям имена политиков, которые препятствуют борьбе с глобальным потеплением.
Мы у себя в стране могли бы давать стихийным бедствиям имена одиозных чиновников и бизнесменов, действия которых сопоставимы по масштабам ущерба с ураганами и наводнениями.
Следуя такой логике, можно было бы, например, назвать наводнение на Дальнем Востоке Евгенией. А еще лучше Толиком. Правда, подходящее имя для стихийного бедствия?
