Sin728NV писал(а):Молоко, кефир.... Зато я раньше идя на рынок, мог запросто взять черную икру (развесную, видать левую) в майонезной банке за чирик!..
И вашей икрой могла оказаться хороша вывареннаыя в рыбном отваре манка Сейчас такого добра на прилавках - налетай не хочу
Sin728NV писал(а):Молоко, кефир.... Зато я раньше идя на рынок, мог запросто взять черную икру (развесную, видать левую) в майонезной банке за чирик! З/п была тогда около 150руб.... Сейчас я даже боюсь спросить, сколько она стоит, а интересно!
Ок, давайте сравним. Там была не майонезная баночка, а поменьше . Стандартная такая банка, 50 грамм в ней. Итого Вы могли купить на 150 рублей аж целых 750 грамм черной икры. Сейчас она стоит в среднем 2000 за те-же 50 грамм. То есть 750 грам Вам обойдутся в 30 тысяч. Получается, что в икре Вы не потеряли ничего. Не так ли? Только на кой та икра нужна я не понял? Не ел её и не ем и не буду есть. Это не жизненно необходимый продукт.
3dmax писал(а):О да, как же я хорошо запомнил те овощные. Куча картошки, свеклы, капусты. Всё свалено в кучу. Сам идёшь, из кучи этого гомна набираешь что тебе надо. А там всё гнилое наполовину, склизкое и противное. А потом это вешают тебе, покупаешь и пытаешься дома из этого что то нормальное приготовить. Как вспомню аж передёргивает. Как скотов людей кормили.
Я помню овощной магазин, куда я с малолетства ходил. Во-первых, он вонял гнилой рыбой игнилыми овощами метров на 200 до тошнотиков. Во-вторых, там были такие конвейеры вертикального типа. Ты стоишь перед прилавком, и с этого конвейера вылетает дерьмо, которое тебе продают за морковку или картошку. Приходишь домой и половину из купленного выбрасываешь. Да и остальное только из жалости можно назвать картошкой или морковкой.
Да, отношение было как к свиням. Типа, да чтоб вы все подохли, ублюдки, работать заставляете.
Фокс писал(а):Но кто не помнит такую книгу "О вкусной и здоровой пище " ! Даже в то время анекдот ходил " Меняю книгу О вкусной и здоровой пище на вкусную здоровую пищу "
Я помню, у мамы такая была. Мы всегда с отцом смеялись, когда в нее глядели.